Стропа для чужих санок

Михалыч собирался выйти первым. На своих волокушах он вёз к лесной избушке продукты, инструмент и свёрнутый брезент, которые должны были остаться там до следующих выходов. Вечером он собирался протопить печь и переночевать, а утром вернуться к машинам уже с почти пустыми волокушами.

Перед выходом он подтянул плечевой ремень и проверил переднюю петлю. На серой стропе у самого края пластика торчали белые нити. Пока петля держала, но перед обратной дорогой её лучше было заменить. Короткий рулон новой стропы лежал под клапаном рюкзака рядом с ножом и мотком верёвки. Михалыч переложил его ближе кверху: под навесом руки отогреются, и мелкие вещи не придётся держать на снегу.

Соседняя группа собиралась у двух машин. Их было трое: мужчина в красной шапке, ещё один мужчина в серой куртке и девушка в синей. На одних волокушах груз лежал низко и ровно. На вторые навалили спальники, мешок с продуктами, канистру и свёрнутую палатку. Верхний мешок заметно уходил вправо.

— Канистру вниз надо, — сказала девушка.

Мужчина в красной шапке прижал спальники коленом и затянул верхнюю верёвку.

— На месте разберём. У избушки переложим.

— Она ровная до первой ложбины.

— Дойдём и переложим.

Девушка посмотрела на второго мужчину, но тот уже надевал рукавицы. Тогда она подтянула верхний мешок сама и оставила свободный конец верёвки снаружи, чтобы не искать его под грузом.

Мокрый мешок оказался сверху не случайно. Ночью у машины он лежал у открытой двери и набрал снег на чехол. Утром мужчины решили, что наверху он быстрее подсохнет, а сухие спальники не придётся прижимать к влажной ткани. Девушка предлагала завернуть мешок в запасной пакет и положить вниз, но пакет уже использовали под продукты.

Они спорили не о том, умеет ли кто-то укладывать волокуши. Все трое ходили этой дорогой раньше. Просто мужчина в красной шапке хотел выйти до того, как след размягчится на солнце, второй торопился закончить с верёвками, а девушка видела, что груз собрали иначе, чем обычно. Пока каждый занимался своей частью, общую укладку никто не проверил.

Михалыч слышал разговор, пока застёгивал рюкзак. Он не стал объяснять чужой группе, как ей собираться. Только ещё раз посмотрел на высокий груз и запомнил, что канистра стоит у правого борта.

На просеку они вышли почти одновременно. Михалыч шёл впереди. Его волокуши скользили по старому следу, иногда задевая боком снежный вал. Позади мужчина в красной шапке то прибавлял шаг, то останавливался, чтобы подтянуть верхнюю верёвку. Девушка шла рядом с нагруженными волокушами и ладонью возвращала спальник к середине.

Первый подъём прошли без остановки. На спуске второй мужчина придержал задний борт, и высокий груз не качнулся. Мужчина в красной шапке обернулся к девушке:

— Видишь, нормально.

Она ничего не ответила. Подняла с дороги выпавшую кружку, сунула её под клапан мешка и пошла дальше.

За следующим поворотом просека стала уже. Слева под снегом лежали старые брёвна, справа тянулась колея от лесной техники. Михалыч выбрал середину и прошёл первым. Потом услышал сзади короткий окрик, скрежет пластика и сухой треск.

Он остановил свои волокуши поперёк колеи и вернулся. Чужие волокуши стояли боком. Канистра упёрлась в правый борт, спальник лежал на снегу, палатка съехала почти до земли. Заднее крепление лопнуло, и один конец ремня висел бахромой.

Мужчина в красной шапке уже достал тонкую верёвку.

— Сейчас свяжем и пойдём.

Девушка присела у борта.

— Сначала всё снять надо.

— Зачем всё? Подними край.

— Потому что опять потянет вправо.

Мужчина затянул верёвку поверх оборванного места. Волокуши приподняли, но при первом рывке узел съехал, а короткий конец ремня выскользнул из-под него. Это был единственный быстрый вариант, который они попробовали.

— Всё, — сказал Михалыч. — Так не поедет.

Мужчина в красной шапке выпрямился и посмотрел на его рюкзак.

— У вас стропа есть. Дайте рулон, мы дальше сами.

Михалыч снял рюкзак, но клапан не открыл.

— Весь не дам.

— Нам до избушки надо.

— Мне от избушки обратно. У меня своя петля стёрлась.

Он показал на переднее крепление своих волокуш. Белые нити были видны и без варежки. Мужчина в красной шапке посмотрел, потом снова на свой развалившийся груз.

— Тогда сколько можете.

— Сначала разгрузим. Потом отрежу.

Девушка уже отстёгивала верхнюю верёвку. Второй мужчина поднял спальник. Мужчина в красной шапке постоял ещё секунду, затем взял канистру и отнёс её к ели. После этого спорить перестали: на снегу быстро выросли три отдельные кучки.

Когда волокуши опустели, стало видно, что старый ремень тёрся об край пластика. Новый, поставленный так же, быстро испортился бы. Михалыч предложил провести крепление ниже. Девушка показала, где ремень стоял раньше, до того как утром груз переложили в спешке.

Михалыч сначала выбрал ближайшую петлю. Девушка потянула пустые волокуши за ручку, и корпус сразу повело в сторону.

— Не туда, — сказала она. — Через среднюю было ровнее.

Он посмотрел на след полозьев и кивнул.

— Давай через среднюю.

Они вернули ремень, уложили его ниже острого края и отмерили кусок без лишнего запаса. Михалыч отрезал стропу, остаток сразу убрал в рюкзак. Девушка держала волокуши, второй мужчина приподнимал нос, а мужчина в красной шапке затягивал крепление по просьбе Михалыча. Со второго раза стропа легла ровно.

На этом ремонт закончился. Михалыч потянул пустые волокуши несколько шагов, девушка посмотрела на край ремня. Ничего не смещалось.

— Теперь груз, — сказал он.

Девушка развернула мокрый мешок сухой стороной вверх и положила его на дно. Канистру поставила ближе к середине. Мужчины подавали вещи по одной. Спальники ушли наверх, но уже не возвышались над бортами. Палатку уложили вдоль, чтобы она не тянула одну сторону.

Мужчина в красной шапке попытался вернуть прежнюю верхнюю верёвку.

— Не затягивай пока, — сказала девушка. — Я проверю, что можно достать без разгрузки.

Он отпустил конец. Она вынула кружку, аптечку и термос, переложила их в верхний мешок, затем кивнула. Только после этого верёвку затянули.

— Готово? — спросил второй мужчина.

Девушка обошла волокуши, нажала ладонью на оба борта и посмотрела на след под ними.

— Теперь да.

Мужчина в красной шапке впрягся первым. На ровном участке волокуши пошли прямо. Никто не устраивал второй проверки и не обсуждал крепление. Мужчина сделал круг по утоптанному снегу, остановился и молча подал Михалычу нож, который тот оставил на куртке.

Пока Михалыч убирал инструмент, девушка собрала с обочины мелкие вещи. Второй мужчина стряхнул снег со спальника и заметил, что один ремешок остался под канистрой. Раньше он бы потянул его на себя, не снимая груз. Теперь поднял канистру, освободил ремешок и только потом поставил её обратно.

Мужчина в красной шапке взял мокрый мешок за обе ручки.

— Куда?

— На дно, ближе к носу, — сказала девушка.

Он положил его туда, куда она показала, и подождал, пока второй мужчина заполнит пустое место продуктами. Разговор занял несколько секунд, но после него укладкой занимались уже втроём.

Груз снова собрали в дорогу. Михалыч встал впереди, но теперь соседняя группа не пыталась держаться у него за спиной плотной цепочкой. Девушка шла возле волокуш. Второй мужчина держался сзади на спусках. Мужчина в красной шапке задавал темп и не ускорялся, когда дорога позволяла пройти быстрее.

Через некоторое время просека спустилась в другую ложбину. Снег под правым полозом осыпался, и волокуши начали крениться. Мужчина в серой куртке подставил плечо под борт, девушка сняла верхний мешок, мужчина в красной шапке вытянул нос на плотный снег. Через минуту всё снова было на дороге.

— Мешок обратно? — спросил мужчина в серой куртке.

— Подожди до ровного места, — ответила девушка.

Никто не возразил. Он понёс мешок в руках до конца ложбины.

Дальше просека поднялась между молодыми елями. Ветви цеплялись за спальники, и темп упал. Михалыч несколько раз оглядывался. Мужчина в красной шапке больше не дёргал волокуши с места. Если нос упирался в старую колею, он ждал, пока второй мужчина подойдёт сзади. Девушка следила не за ремнём, а за грузом: поправляла палатку, убирала свисающие концы верёвки, переносила термос из одной руки в другую.

В одном месте дорогу пересекала полоса старых следов. Полозья застучали по замёрзшим гребням. Раньше мужчина в красной шапке прошёл бы этот участок с разгона. Теперь остановился перед ним, оглянулся и дождался, пока остальные встанут по местам: девушка у правого борта, второй мужчина сзади. Они провели волокуши через неровности медленно, без рывка.

На другой стороне девушка поправила рукавицу и пошла впереди, выбирая более плотный снег. Мужчина в красной шапке не спорил с её направлением. Когда она обходила глубокий след, он повторял поворот, хотя путь получался на несколько шагов длиннее.

На вершине подъёма Михалыч остановился поправить плечевой ремень. Его передняя петля стала махриться сильнее. Он провёл по ней рукавицей и убрал руку.

Девушка подошла ближе.

— До избушки дойдёт?

— Дойдёт. Там заменю.

— Наш кусок не нужен назад?

— Нет. Он уже стоит на ваших волокушах.

Она посмотрела на его петлю, потом позвала мужчин. Пока Михалыч переставлял ремень на другое плечо, мужчина в красной шапке поставил ногу перед его волокушами, чтобы они не съехали. Второй мужчина подхватил задний борт. Помощь заняла меньше минуты, и никто её не обсуждал.

Короткий привал сделали у поваленной сосны. Девушка достала термос и раздала кружки. Мужчина в красной шапке ел стоя, глядя на дорогу.

— Если не задерживаться, до темноты успеем, — сказал он.

— Успеем, — ответил второй мужчина. — Только теперь без гонки.

Мужчина в красной шапке хотел что-то сказать, но вместо этого взял у девушки пустую кружку и убрал в верхний мешок. Потом проверил, закрыт ли клапан.

Михалыч сидел на своих волокушах и грел пальцы о кружку. К спору у машин он не возвращался. Тонкую верёвку после ремонта убрали в боковой карман; мокрый мешок теперь лежал на дне соседних волокуш, а канистра — ближе к середине.

После привала впереди пошла соседняя группа. Девушка выбрала место для верхнего мешка и попросила мужчин поменяться: мужчина в красной шапке тянул на ровном, второй подталкивал на подъёмах. Когда дорога уходила вниз, они менялись без команды. Михалыч шёл следом и видел, как волокуши проходят повороты без прежнего крена.

На одном из узких мест правый полоз снова задел снежный вал. Груз качнулся, но канистра осталась в середине. Девушка придержала верхний мешок, мужчина сзади выровнял корпус. Они продолжили путь, не снимая вещей.

Мужчина в красной шапке обернулся к ней:

— Так лучше?

— Так можно идти.

Он кивнул и потянул дальше.

К избушке вышли, когда в лесу стало заметно темнее. Под навесом лежали дрова и широкая лопата. Мужчины из соседней группы сняли груз со своих волокуш не кучей, а по порядку: сначала спальники на настил, потом палатку, затем канистру и тяжёлый мешок. Девушка перевернула волокуши и провела ладонью по новому ремню.

— Целый, — сказала она.

Мужчина в красной шапке присел рядом.

— Перед выходом ещё посмотрим.

Михалыч поставил свои волокуши у столба. Продукты и инструмент он отнёс внутрь, а свёрнутый брезент оставил под навесом. Потом достал оставшийся рулон. Теперь стало видно, зачем он не отдал его целиком. Передняя петля держалась на узкой полосе, а под ней собрался комок распушённых нитей.

Он снял тяговый ремень и вырезал из рулона новый кусок. Девушка придерживала нос волокуш, мужчина в серой куртке подал ножны, которые Михалыч уронил в снег. Мужчина в красной шапке принёс старый обрывок со своих волокуш.

— Это выбрасывать?

Михалыч осмотрел целую часть.

— Оставьте в ремонтном мешке. Подложить под что-нибудь ещё можно.

Он заменил свою петлю без спешки. Оставшийся хвост стропы свернул в маленькое кольцо и убрал обратно под клапан. Потом потянул волокуши на себя. Новая петля держала ровно.

Девушка тем временем собрала отдельно вещи, которые понадобятся утром первыми. Мужчина в серой куртке перенёс канистру к стене, но поставил её не на мешки, а рядом. Мужчина в красной шапке расстелил мокрый чехол под навесом и прижал края поленьями.

Перед тем как войти в избушку, он ещё раз подошёл к перевёрнутым волокушам. Не трогал ремень и не просил Михалыча проверить. Просто посмотрел, где лежит тяжёлый мешок, и переставил его ближе к середине настила, чтобы утром начать с него.

Михалыч закрыл рюкзак. Его рулон стал заметно тоньше, но часть стропы осталась. Под навесом рядом стояли две пары волокуш: соседские — с новым креплением и разобранным грузом, его — почти пустые, с заменённой передней петлёй.

Внутри избушки мужчина в серой куртке занялся печью. Девушка разложила продукты так, чтобы утром не переворачивать все мешки. Мужчина в красной шапке вернулся под навес за кружками и по пути ещё раз посмотрел на канистру. Потом перенёс её ближе к выходу, отдельно от спальников.

Нож, верёвку и старый обрывок сложили в один ремонтный мешок у двери. Михалыч поставил рядом свой рюкзак. Утром каждый мог взять нужное, не разбирая чужие вещи.